22:39 

Игра в "педиков", 9.

Автор: Yukimi
Бета: Shiki .
Фэндом: Ориджиналы
Персонажи: м/м
Рейтинг: PG-13
Жанры: Гет, Слэш (яой), Ангст, Юмор, Повседневность, POV, Стёб, Школа
Размер: Миди, 24 страницы
Кол-во частей: 9
Статус: закончен
Описание: Кажется, он считает, что придумал охренительно крутую игру, а я должен быть счастлив. То есть, я должен радоваться, когда на глазах у всей школы он липнет на меня, треплет за волосы, вот так вот на уроках наклоняется, будто бы шепча что-то приятное, а на деле рассказывая, как я отвратителен.

Глава 9. Конец?
Конечно же, Васька ушел еще до того, как я проснулся. Ну и слава Богу - не знаю, чем бы объяснил вчерашнее наваждение. Мы ненормальные, точно-точно. Я уже вконец запутался, пытаясь найти выход из этой тупиковой ситуации...

- Насть, давай расстанемся на время? - предложил я в тот же вечер, когда Василий всеми силами избегал меня. Мы с девушкой сидели в тихом кафе недалеко от автобусного вокзала.

- Почему? - девушка оторвала наконец взгляд от скатерти, прекратив бездумно помешивать давно растворившийся сахар в чашке чая. Пригляделась ко мне, в глазах мелькнули искры понимания. Да, мне даже не нужно ей ничего говорить - она до боли понимающая.

- Васька... - выдыхаю я еле-еле слышно, надеясь, что это сказали не мои губы. Не могу поверить, что говорю подобное, эта маленькая педовка с каждым днем мешает мне жить все больше. Буквально задыхаюсь от его немого присутствия. Он даже сейчас стоит между нами, хотя все это лишь мой бред.

- Знаешь... - по ее щекам текут невольные слезы, но она ладонью быстро их смахивает, кладя голову мне на плечо, - знаешь, - все же всхлипывает, пряча лицо в моей куртке. Спокойно глажу ее по голове, давая время собраться. Наверное, это должно быть больно, ведь я хочу к ней вернуться, но в груди лишь пустота. Змеев высосал меня подчистую.

Спустя некоторое время Настя наконец замолкает и начинает тихо говорить:
- Хорошо, вот расстанемся мы, а что ты будешь делать?

Я пожимаю плечами, забывая, что она на одном лежит. Девушка ойкает.

- Не знаешь... Я не собираюсь удерживать тебя - это совершенно бесполезно, потому что... наверное, потому, что ты уже давно зависим от другого, может, это даже любовь... Но какая-то совершенно неумелая. Знаешь, я желаю тебе счастья... Надеюсь, мы останемся хорошими друзьями, - девушка несмело улыбается сквозь бегущие слезы. Как же она права... Ее слова дают мне ключ над разгадкой. Мягко целую ее на прощание, выскальзывая из кафе, и лишь купюры на столе напоминают, что там, где сейчас рыдает моя бывшая, был и я...

* * *

- Вась, - робко, слишком робко для меня! Этот говнюк уже вполне оправился - начал выходить из комнаты и даже есть не в ней, правда, все равно сторонился меня. На уроки он пока не ходил - ему дали еще два дня на реабилитацию и «подтягивание» предметов, - Змеев! - как он смеет меня игнорировать и сидеть вот так полуголым на подоконнике, когда я хочу с ним поговорить!

- Нам не о чем разговаривать, - безмятежно отзывается парень, выдыхая за окошко дым. Снова курит - как же это достало! Раздражает меня сигаретный дым, да. Между тем, несмотря на его слова, поза брюнета слишком напряженная - ноги собраны вместе, плечи чуть приподняты, губы поджаты. Актеришка. Без лишних слов выдергиваю сигарету из тонких пальцев, сдергиваю легкого парня с подоконника и кидая на кровать. Нехрен бесить меня. Парень не теряется, мигом сгруппировываясь и подбирая ноги под себя. Садится на кровати с закрытым ртом и молчит как рыба. Что-то задумал?

- Нам есть о чем поговорить, - жестко отвечаю я. Брюнет напрягается еще сильнее, хотя и старается это скрыть. Не пытайся, все равно понятно, что ты блефуешь. Вася упрямо поджимает губы, качая головой. - Давай намекну? Я, ты невменяемый, поцелуй? - парень отчего-то краснеет, еще упорнее замотав головой. Я приближаюсь, сажусь на кровать рядом, и тут этот гад выдыхает мне в лицо сигаретный дым! Пока я откашливался, он быстро слетел с кровати, подбегая к двери.

- Да что ты как маленький?! - кричу я, но этой гадюки только пятки сверкают. Голые. Убью.

* * *

Васька вернулся под ночь, видимо, прятавшись все это время в гостиной или на улице. Не дай Бог на улице - сам туда выброшу, если снова заболеет. Меня уже заколебало за ним носиться.

Парень, думая что я сплю (а я усердно притворялся таковым), проскользнул в комнату, одновременно стягивая с себя одежду, естественно, оставляя ее по пути на полу, и залезая в свою кровать, тут же с головой накрываясь одеялом. И вот тут... мне в голову закралась совершенно, определенно нездоровая идея (не иначе я свихнулся), что можно поговорить сейчас. Неслышно поднялся, стремглав бросившись на все слышавшего Ваську, который извивался змеей, стремясь вырваться из моих объятий. Но в моих руках уже был кокон, который получился из Змеева, закутанного в одеяло.

- А вот теперь поговорим. Потому что достал бегать от меня. Я тебе не сайгак носиться по интернату, - злобно и насмешливо произнес я.

- Ну и что, блин?! - взъярился тот. - Бить хотел - так бей уже! Чего лезешь?

- Бить? - нет, подождите... Я не выдержал и расхохотался, с трудом удерживая изворачивающегося парня. Он-то точно не ожидал, что я буду ржать, потому сейчас блестел в темноте злыми, колючими, недоверчивыми глазками, выглядя до того комично закутанным в одеяло. - Не буду я тебя бить. Хотел бы - давно до полусмерти избил бы. За все, - даже в темноте было видно, как брюнет побледнел, а кадык нервно дернулся.

- Что тебе нужно, кретин? - уже как-то жалобно спросил он, прикрывая глаза. Словно действительно не знает, чего я хочу.

- Я же сказал: поговорить, - терпеливо объясняю я.

- Ну что я должен тебе сказать?! Что, чтобы ты не избил меня?! ДА ЧТО ТЕБЕ НУЖНО?! - взорвался парень, вырывая руки и упираясь мне ими в плечи. А я просто сидел и молчал, давая парню выругаться, поливая меня отборнейшим матом, поорать, наверняка перебудив соседей, и под конец просто разрыдаться, как девчонка, всхлипывая и пряча лицо в одеяле. - Отпусти... - тихо попросил он, не переставая икать. Забавно... Мне это кажется милым. Как там говорила Настя? Одержимость? - Илья... Илья, знаешь. Скажу один раз, единственный: я. Тебя. Люблю. Понял, урод? Сволочь же ты. Ненавижу... - он снова прикрывает глаза, словно боясь, что я ударю. Я бы вдарил, будь все по-старому. Не пожалел бы силы, понимая, что этот галимый педик, притворяющийся лишь таковым, попросту... влюбился. В парня, хотя всеми силами прикрывался игрой. В такого, как он называет, урода, как я.

Внутри от этого что-то обрывается. Я, может, думал о подобном, но никогда не надеялся, что это действительно так. Наша игра в «педиков» зашла настолько далеко, да, Вась? Он не смотрит на меня. Боится увидеть там что-то, что неудержимо повлечет за собой новую истерику. Боится разочарования в единственной любви.

- Знаешь... - он вздрагивает, против воли и стараясь это скрыть, - когда-то ты начал эту долбанную игру. А я все гадал, почему я, нормальный парень, все это терплю? И совершенно не понимал. Ты же такая сволочь, мелкая, противная, как баба, честное слово, - Вася пока держится, но видно, не долго еще осталось до срыва, - ты доводил меня все это время, мешал спокойно жить, унижал, не знаю, кого ты пытался из меня слепить? И что в итоге? Мы до такой степени переломали друг друга, что теперь без меня ты не можешь. И это ты называешь любовью? Почему же... только сейчас?

- Потому что понял. Отделил одержимость от любви, - глухо отвечает брюнет, глядя в пол, - и теперь уверен. Я пробовал что-то изменить. Я ходил к этим гомикам из старших. Плевать, что они делали, я не мог. Я лишь прогибался, а ломал меня всегда только ты. И вот теперь я такой. Как ты говоришь, педик? Педовка? Ты же любишь это слово? - он говорит такую неприкрытую правду, что невольно страшно за его душу. За себя. - Знаю же, что ты всегда думал обо мне. Отвратительный? О да, я старался стать таким отвратительным, чтобы ты никогда не смог меня забыть. А ты не забудешь, - он горько смеется, - никогда. Я уверен. Будешь жить со своей Настей до старости и вспоминать, что был я вот такой. Педик, который придумал до крайности забавную игру для себя и доставал тебя. А потом этот педик влюбился. И представляешь, в тебя же. Ха-ха! Какая забавная история для внуков! - он уже всерьез хохочет этим страшным, искусственным смехом. - А я вот такой, да. Одержимый любовью. Знаешь, я же этим только прикрывался ото всех - косметикой, одеждой, поведением. Сам презираю педовок. Ненавижу курить. Не люблю проколы. Я терпеть не могу карандаш для глаз. Но так было всегда, а потом появился ты. И у меня был повод все это делать. Чтобы достать, чтобы дать понять, ведь что-то не так. А потом сам запутался. Знаешь, прости. Съезжай хоть завтра, я-то переживу. И Насте привет, зря я столько времени чуть ли не скрипел зубами, когда ты говорил с ней. Давай же, ударь меня. Ты же ненавидишь педиков. А вот перед тобой тот, кто стал таким из-за тебя, - он с болью и злобой взглянул на меня и уже не отрывал взгляд. - До полусмерти? Ха-ха! - когда смеются тебе в лицо: это страшно. Я неожиданно понял, до чего довел этого хрупкого на вид человека. И понял, что сам уже сломался, что не могу без него. Без него... вот такого. Как он говорил - отвратительного.

- Заткнись, - Вася резко и удивленно замолкает, но потом поджимает губы, готовясь к чему-то. Что ударю. Наверняка, что ударю. Или встану и больше никогда не вернусь, - знаешь же, как все это бесило меня?! Зна-а-аешь! - вся злость, накопившаяся на него, враз выплескивается. - Какой же ты... кретин. Ты такой придурок, самовлюбленный идиот! Отвратительный тип! - я уже почти кричу, потому что не могу сдержать эмоций.

- Ну и пусть! И пусть! Не смей укорять ТЫ меня в этом! Ты меня таким... Так сломал, - он прерывает мой крик своими словами. Не могу больше видеть этой боли внутри хрупкого на вид, но сильного внутри человека. Просто неожиданно привлекаю его к себе, целуя в мягкие, но стиснутые сейчас губы. Он не может поверить, вырывается, брыкается, потом затихает. Тихо всхлипывая, пока я яростно проникаю в его рот, кусаюсь, позволяя почувствовать и мою боль. Знаешь, придурок, мне тоже больно! Какой же ты... идиот... Мягкие губы с горечью отвечают мне. Минут пять мы просто самозабвенно целуемся, выплескивая друг на друга все горечи и обиды. А их у нас поднакопилось с лихвой. Снова поцелуи со вкусом горечи и боли, снова ты содрогаешься в несдерживаемых рыданиям, мокрый, долгий и такой тягучий поцелуй... Я отрываюсь, приоткрывая глаза, боясь встретить насмешку и осуждение. Но Васька смотрит лишь загнанным в угол кроликом, не смея поверить.

- Вась. Не знаю, влюблен я или нет, но мне хочется верить, что это так. Одно могу сказать: я уже одержим тобой, мы наделали много ошибок, - сбивчивый тихий шепот практически из губ в губы, - просто начнем все правильно... Хотя... что за глупость? У нас не будет правильно, - Васька улыбается кончиками губ. Своей привычной насмешливой улыбкой. - Что я хочу сказать, придурок, хватит лыбиться! Да хватит! - Змеев откровенно счастливо хохочет, утыкаясь лбом мне в шею. Обнимаю его еще крепче, залезая под его одеяло. - Хватит ржать, идиот! - тыкаю его, сам невольно улыбаясь. - Да будешь ты со мной встречаться, кретин?! - он замирает на миг, кусая меня в шею.

- А Настя? - настороженно спрашивает, напрягаясь всем телом.

- Я расстался с ней сегодня, - Васька выдыхает, прижимаясь еще ближе и хлюпая носом. Кретин, когда же ты выздоровеешь?

- Я да, - отвечает он через пару секунд молчания. Нет, ну надо было пощекотать мне нервы! Я уж подумал, что это была очередная крупная шутка. Тогда бы убил говнюка, честно.

- Больше никакого карандаша для глаз.

- Никакого, - безропотно соглашается.

- И никаких сережек в пупке. И сигарет. И «отвратительных», понял? И чтоб босиком не ходил!

- Хорошо, мамочка, - хихикает, но не удерживается и снова хохочет, содрогаясь всем телом.

- Вот и славно, сынок, - тоже хохочу, счастливо ероша волосы теперь уже своего парня. Ломать друг друга нам не пришлось по душе, так, надеюсь, хоть и притерлись мы, любить у нас получится намного лучше. И это только начало...



@темы: Игра в педиков, мое творчество, слеш, яой

URL
   

Душа не знает о морали.

главная